Воспоминания
о школе

(через три
с половиной года
после
выпуска)

Я
часто
вспоминаю школу.
Когда мы
собираемся с
друзьями и
возвращаемся
в детство,
некоторые
удивительные
моменты из школьных
лет
всплывают в
памяти легко,
сами собой,
без усилий. Я
расписываю какой-нибудь
забавный
урок в
красках, разыгрываю
по ролям,
народ
удивляется:
да ну? Неужели
так все и
было? Да,
именно так и
было. Школа
оставила в сознании
много
замечательных
ситуаций и
мгновений. Но
как сложить
их в единую
картину…

Со
школьных
времен у меня
осталось
самое
сильное
ощущение успеха
– не как
общественного
признания, а
как взятого
барьера,
доказанных
способностей.
Я влилась в
свой 7а класс
из другого города.
Школа у нас
очень
спортивная,
что ни
девчонка –
бегунья и
прыгунья, что
ни мальчишка –
какой-нибудь
разряд. Спортивные
старшеклассники
были объектом
поклонения
всех юных
красавиц,
любимое
развлечение
– прийти
после уроков
на школьный
стадион и
смотреть, как
мальчишки
играют в
футбол или
ритмично передвигаются
по беговой
дорожке.

Я же
была
неуклюжей и
малоподвижной.
В моей
провинциальной
гимназии физкультуру
преподавали
так: гибкость
ноль? Пятерка!
Почему? – А
ноги длинные!
Это было
очень сложно
из меня
выбить. До
старших
классов
бегала по
футбольной
площадке
медленнее
всех в своей
слабой группе,
возвращалась
в раздевалку
с красным
лицом и
больным правым
боком. Но Василий
Александрович
– у нас физкультуру
преподавал
директор –
постоянно
подбадривал:
можешь-можешь,
просто не
хочешь и
боишься. В
одиннадцатом
классе я уже
бежала
километр на
твердую
четверку –
для меня это
был хороший результат,
я собой
гордилась.

А
однажды в
школе был
чемпионат по
прыжкам в
длину с
места. По
этому виду у
меня всегда
были
неплохие результаты.
А тут… первый
результат! Я
«перепрыгала»
наших лучших спортсменок!
Так не
радовалась,
даже когда
стала
лауреатом международного
форума
«Одаренные
дети». Ведь
для меня
спортивные
успехи вроде
были
недостижимы,
а тут…

Здоровый
образ жизни
сегодня –
модная фишка.
Но когда
встречаю
стройных, подтянутых,
красивых
одноклассниц,
понимаю: это
не дань моде,
а школьное
воспитание.
Физическая
культура в
лучшем
смысле слова,
к которой у
нас приучают
всех.

Помню
разговоры
про курение и
алкоголь. Школьные
мероприятия,
конкурсы
плакатов,
сочинений
против
вредных
привычек – все
это было, только
вряд ли
давало
какие-то
результаты.
Мне в
сознание
запали
просто беседы
на уроках,
например, с
классным
руководителем
Тамарой
Алексеевной
Шашко. Она
вела у нас
биологию и
заставляла
задуматься -
не с помощью
черных
легких на
учебных картинках,
а примерами
из практики
мужа-врача. И
собственными.

«Когда
я
забеременела,
мне сразу
расхотелось
курить. Я
перестала
выносить
запах
табака», -
рассказывала
как-то она. А
потом
начинала
объяснять, почему:
про
патологии,
врожденную
зависимость
у сына или
дочки… Без
всякого
пафоса,
менторства,
лозунгов,
которые у нас
так любят.
По-человечески.
Курить потом
не хотелось,
честно. Эти
беседы я помню.
Что там было
написано в
учебнике –
нет.

Наши
«физруки»,
кстати, тоже
наговорили с
нами об этом
много часов.
Чаще в неформальной
обстановке –
после уроков
или на тренировках,
куда ходили
многие наши –
это было
как-то… престижно,
что ли. У нас,
кстати,
большинство
ребят в
классе не
курило.
Сейчас это
редкость. По
крайней мере,
так думается,
когда
проходишь
мимо толпы
тонконогих
девчоночек с дешевыми
сигаретами
чуть толще
собственных
пальчиков. Они
до здоровой
моды, видимо,
еще не доросли.

Самое
изумительное
во всей
классной
жизни – то,
что вести
уроки к нам
приходили
настоящие
Личности.
Яркие
индивидуальности,
с которыми просто
хотелось
общаться еще
и еще. Тамара
Алексеевна.
Она была
очень строгой,
требовательной,
могла за 10
минут
приструнить
самого отъявленного
хулигана и
часто
говорила с
нами по душам,
знала про
романтические
терзания
наших
девчонок.

Она,
кстати,
определила мою
будущую
профессию,
когда я была
еще в восьмом
классе и у
меня даже
мысли не
возникало…  Когда
она спросила,
кем я хочу
стать, ответила
однозначно и
банально, как
любая отличница
в то время:
юристом. Ты
что, сказала
Тамара
Алексеевна,
тебе нельзя
зарываться в
бумаги, надо
с людьми
общаться –
например,
быть
журналистом.
Я тогда
только фыркнула.
А через год
вовсю
строчила
статьи в детскую
газету – и
гляди-ка,
доросла до
профессиональной
карьеры. Как
Тамара Алексеевна
угадала
тогда?
Удивительно…

Она
хорошо знала
каждого из
нас. А мы
всегда знали,
что она
никого из нас
не даст в
обиду. И
очень жалели,
когда Тамара
Алексеевна
перешла в
другую школу.
Остались
безграничное
уважение и
восхищение.

Или
Ольга
Константиновна
Тюняева,
учительница
физики и
астрономии.
Мы ее
обожали. То
она
показывает
опыт с «трением
ручки о
волосы
соседа», то
ведет класс
смотреть на
звезды, то
измеряет
волосы микрометром…

А
однажды
пришла в
класс (была
лабораторная
работа) и
сказала:

-
Ребят, я
сейчас
музыку
включу…
только бросайте
болтать, а то
смысл?

Это
было не
популярное
радио, а
прекрасный инструментальный
сборник.
Работа,
конечно,
сразу пошла
лучше. И атмосфера
получилась
такая… лиричная.
На уроке физики.
С тех пор мы
часто слушали
музыку. Это
было здорово:
эстетическое
воспитание
вместе с
составлением
электрической
цепи. А в этом
году, уже на
выпускном
моей сестры,
я услышала,
как Ольга
Константиновна
поет романсы
и играет на
гитаре…

Наши
учителя
вообще очень
талантливые.
Услышишь, как
они поют, - и
замирает
сердце. И мурашки
бегут вдоль
спины, как
только на
хорошем джазовом
или
классическом
концерте. Учительский
хор 85-й школы –
титулованный,
но для нас
это было неважно.
Мы и так
знали, что
они у нас –
самые лучшие.

Елена
Михайловна
Шекета была,
наверное, любимицей
всего класса.
У нее такая лучистая,
солнечная,
доброжелательная
улыбка. Тем
не менее, мы
никогда не
забывали, что
алгебра и
геометрия –
предметы
серьезные, и
ими нужно тщательно
заниматься. У
меня всегда
были определенные
проблемы с
математикой,
но с Еленой
Михайловной
я этого не
чувствовала
– с удовольствием
бралась за
самые
сложные задачи,
а если что-то
не получалось
(это бывало
частенько),
доставала
более смышленых
одноклассников,
требуя объяснений,
и не успокаивалась,
пока не
«добивала»
задание.

В
ней был
только один
недостаток:
после школы я
сразу
потеряла интерес
к математике.
Наш
университетский
преподаватель
не
выдерживал с
Еленой
Михайловной
никакого
сравнения.

А
еще
вспоминается
(с неизменной
широкой улыбкой),
как
доставала
вопросами
Елену
Владимировну
Ляшук, нашу
учительницу
по русскому и
литературе.
Повышенный
интерес к
этим двум
предметам во
мне не ослабевал
никогда. Поэтому
меня
постоянно
занимало, как
правильно:
зУбчатый или
зубчАтый, и
почему это
такой
бездеятельный,
медузообразный
Обломов
считается
положительным
героем? Это
до сих пор
любимое воспоминание
в беседах с
одноклассниками:
а помнишь,
когда мы
хотели
отдохнуть на
уроке, просили
тебя задать
какой-нибудь
вопрос? Конечно,
помню, еще
бы…

Она
научила нас с
одноклассниками
любить Цветаеву
и Есенина. Это
были
замечательные
литературные
вечера: со
свечами,
романсами
под фортепиано
и аккордеон…
А еще,
помнится,
инсценировали
«Мастера и
Маргариту» -
взрослые уже,
в выпускном
классе. Конечно,
без выверта
не обошлись –
взяли
фрагмент с
живым
костюмом…  Привязывали
к спине нашей
первой
красавицы
класса, Ирине,
швабру,
застегивали
на голове
рубашку, надевали
пиджак. Мы
имели
огромный
успех, но Ира
в тот день
окончательно
лишилась
прически.

Как-то
еще в девятом
классе
решили
пооригинальничать,
оформляя
классный уголок.
Вышло вместо
перечня
уроков –
«расписание
базаров», а
вместо
списка
класса – «Who is ху»… а
ведь никто не
посмеялся, не
рассердился
– только
ухмылялись и
хвалили за
фантазию. Да
сколько
всего на самом
деле было, и
сколько
натерпелись
наши наставники!

А
вообще, мы не
хотели
уходить из
школы. Правда.
Часто просто
оставались в
классе после
дежурства и
всем народом
играли в
«бумажки»: каждый
писал на
каком-нибудь
огрызке
откровенность,
а мы
угадывали
автора.
Сидели
иногда до
шести, иногда
до семи вечера.
Учителя не
выдерживали
и…
предлагали
собраться за
чаем, в
нормальной
обстановке.
Собирались
часто, всегда
с огромным количеством
рулетов и
газировки.
Потом провожали
домой нашего
классного
руководителя,
уже
«выпускного»,
Наталью Ивановну
Дедову…

Хорошее,
светлое, искристое
время. Сейчас
при встрече
мои наставники
иногда уже не
узнают меня.
Мы меняемся.
Они – нет.
Пусть так
будет как
можно дольше,
чтобы мы год
за годом
узнавали
добрые,
заботливые,
родные лица.

…
Совсем
недавно,
неделю назад,
встречались
с одноклассниками
вечером у
школы.

- Ну,
все как
всегда! –
ухмыльнулся
Сашка, мой школьный
друг.

- Что
как всегда?

- Ну,
во всей школе
уже темно, а
свет – только
в нашем
классе…

Смотрю
на яркое
окно. Точно.
Наверное,
кто-то тоже
играет в
«бумажки». Которые
остались у
нас в сердце.
Навсегда.

Дарья
Уланова,
выпускница 2003
года,

корреспондент
газеты
«Тихоокеанская
звезда»